Латинский Рай
Интервью

Пауло Гуларт: «Актёр и муж актрисы»

Для авторов новелл упоминание имени Паулу Гуларта в титрах означает уверенность, что персонаж сможет покорить зрителя больше, чем ожидалось. Так говорит Мария Аделаида Амарал, которая рассчитывала на это, когда придумывала патриарха Бенту Каутинью в минисериале «A Muralha» (Крепостная стена), и Валсир Карраску, который из-за харизмы актера отложил смерть властного Дона Лоуренсу в «A Padroeira» (Покровительница). Бенедиту Руй Барбоза не стал исключением. Когда автор новеллы «Земля любви, земля надежды» понял, что итальянец Фарина будет иметь большое значение в развитии сюжета, единственное пришедшее ему на ум имя актера, кто может сыграть эту роль — Паулу Гуларт. «Я был польщен приглашением, потому что Фарина загадочный и очаровательный персонаж. Он большой мастак рассказывать истории — и это то, что очень хорошо делает Бенедиту», — хвалит актер. Это не первый раз, когда Паулу играет итальянца на телевидении. В 1980 году он сыграл романтика Жино в новелле «Plumas e Paetes». Персонаж, придуманный сценаристом Кассиану Габус Мендесом, делал все, чтобы завоевать любовь хозяйки, Ребекки, которую играла Эва Вилма. До сегодняшнего дня актер включает эту роль в список самых популярных. Однако перед этим Паулу также говорил «tutti en italiano» в театральной пьесе, так что сразу сориентировал режиссера Луиса Фернанду Карвалью: «Я сказал ему: Можете оставить… Нет, я не боюсь. Я уже делал это раньше. Если решите, что я не подхожу, я уйду», — говорит патриарх низким голосом приятным тоном.



Сам Паулу считает, что его самые выразительные работы были в театре, он даже потерял счет постановкам, в которых принимал участие. Только на телевидении он снялся более чем в 40 новеллах и минисериалах (в числе его ролей — сеньор Донату в «Секрете тропиканки» ). Именно поэтому, считает актер, его редко называют именем какого-либо персонажа. Для его зрителя преобладает имидж «Паулу Гуларт: актер и муж Нисетти Бруну». В следующем году чета отметит золотую свадьбу. «Наша частная жизнь и наша карьера перемешались и сложились в голове телезрителя», — смеется он. А как же ей не перемешаться, если даже на сцене они выступают всей семьей?! Так, в спектакле «Суббота, воскресенье и понедельник», премьера которого состоялась в июле этого года, вместе с Паулу Галартом занята его жена Нисетти Бруну, их дети Барбара и Паулу и даже внучка Ванесса!

Бенедиту Руи Барбоза попросил, чтобы вы сыграли роль Фарины. Что такого есть в персонаже, что его мог сыграть только Паулу Гуларт?

 Если быть искренним, то я не знаю. Фарина загадочен… Центральные персонажи-итальянцы уже говорили о нем до того, как он появился в новелле. У него есть связи с важными людьми — как Мартино Жозе Майера, — и интерес к вдове, которую играет Луссия Вериссиму. Что я знаю, так это то, что Фарина, как и любой приличный итальянец — мужчина романтичный и пылкий. Но Бенедиту ничего не говорит о его прошлом. Даже мне. И я должен признаться, что эта загадка только увеличивает мой интерес к Фарине.

А что общего у персонажа и его исполнителя?

Я нахожу очень много общего. Он примирительный, каким я имею привычку быть. В жизни я тоже гармонизирую противоречия и смягчаю конфликты. Я бы сказал, что у нас обоих мания обнаруживать, что все в жизни имеет порядок. Более того, он большой собиратель историй, жизненный опыт из которых превращается в мудрость. И я, как актер, также обожаю собирать свои истории.

За 50 лет карьеры, должно быть, уже много насобирали?

Это правда. Но неужели это все? Матерь Божья! Счет еще не закончен! У меня в офисе есть спрятанный список… Но я не придаю большого значения прошлому. То, что я уже сделал, осталось позади. Я движим новыми вещами в жизни и не особенно рассказываю о том, что уже сделал.

Вы уже играли итальянца — в новелле «A Plumas e Paetes». Романтик Жино внес свой вклад в работу над Фариной?

Паулу ГулартКонечно. Жино был харизматичным персонажем, который стал моей визитной карточкой на многие годы. Но у меня не было трудностей ни в работе над Жино, ни в работе над Фариной, потому что мой первый итальянец родился именно в театре. Это было в конце семидесятых в пьесе «Classe Media, Televisao Quebrada» режиссера Антониу Абужамра, где я играл вместе с Нисетти. Эта работа послужила мне основой, потому что в театре закладываются очень сильные корни актера. Самые глубокие погружения, самый большой риск — на сцене. И чтобы заставить человека выйти из дома купить билет, чтобы увидеть актера, с которым он уже знаком по телевидению, нужно сделать что-то такое, что выходит за рамки привычного, того, что зритель уже ждет от него.

Вы с большим энтузиазмом говорите о театре. Предпочитаете играть на сцене?

Язык телевидения отличается от языка театра, но это не значит, что он менее богат. Сейчас меня привлекает не театр, кино или телевидение, а возможность сыграть жизнь, отличную от моей собственной жизни. И я богатый человек, потому что у меня есть привилегия прожить так много других жизней. Я знаю, что моя душа пополняется немного большим пониманием сущности человека. Каждый персонаж оставляет частичку себя актеру. И это помогает актеру в школе жизни гораздо глубже вжиться в другие «жизни». Это наша первичная материя. Мы питаемся — как вампиры — за счет этой огромной гаммы персонажей, которых предоставляет нам драматургия.

А какие персонажи действительно оставили след в этой «школе жизни»?

Сложно перечислить… По правде говоря, мои наиболее значительные работы были в театре. Это не значит, что у меня не было действительно хороших работ на телевидении. Было несколько. Но, в общем, на телевидении я «партнер», компаньон… Вот что любопытно. Когда актер играет главную роль, его ассоциируют с ролями, которые он играет. Со мной этого не случилось. По-моему, меня больше помнят как Паулу Гуларта, актера, мужа Нисетти, отца Бет, Паулинью и Барбары.

Действительно, кажется, что твоя карьера переплелась с частной жизнью, когда вся твоя семья состоит из актеров… Это доставляет некоторые неудобства?

Нет. Я уже привык. У того, чья общественная жизнь такая, как сказано выше, обязательно должно быть удовлетворение. Очевидно, что существует граница приватности, которая должна быть сохранена. Но это не значит, что надо запереться в крепости и говорить: «Никто сюда не зайдет!». Конечно, все индивидуально. У каждого есть право быть таким, как он того хочет.

Но даже если вы считаете, что ваша карьера более выразительна в театре, популярность ведь к вам пришла через телевидение?

Да. Потому что зритель становится доверенным лицом как персонажа, так и актера. Представьте: я вхожу в его дом каждый вечер и рассказываю историю, в которой он словно сам принимает деятельное участие. Потому что телевидение создает подлинное ощущение обладания. Зрителю кажется, что он хозяин моей судьбы! Это фантастический язык! Но часто трудно так существовать. У меня есть несколько коллег, которым не нравится, когда им докучает публика. Я же, наоборот, обожаю, когда кто-то приходит поговорить со мной. Наконец-то человек может сказать: «Посмотри, я повсюду с тобой!». Это сказочно!

В конце концов, зрители видят вас в сильных персонажах: средневековый завоеватель Бразилии, патриарх, полковник — землевладелец, итальянец…

Так как у меня крупная фигура и зычный низкий голос, я часто играю роли, которые этого требуют. Но при всей этой моей «грандиозной» внешности, я бы хотел сыграть абсолютно слабого персонажа. В реальности актер всегда ищет душу персонажа. А фигура — это уже потом. Хотя часто это необходимо. Я больше интересуюсь корнями души…

И каков итог, к которому вы пришли за пятьдесят лет перевоплощений?

Я не слишком оглядываюсь назад. Карьера строится из кирпичиков: одного здесь, другого там… Если она хорошо сложена, то те неудачи, которые время от времени случаются, — а они случаются — не разрушают остального. Успех или неудача — все это фундамент жизни. На телевидении карьера строится со скоростью метеорита. И, следовательно, в ней больше риска. Иногда к актеру быстро приходит успех, он становится национальным идолом, а через два-три года исчезает. Телевидение — искусство быстрое, и вместе с тем, иногда жестокое. Но карьера долговременная складывается в театре, с участием в кино и телевидения. Управлять этим — большое умение. Думаю, я добился равновесия чаш этих весов.

Paulo Goulart, e a esposa Nicette Bruno, no ensaio fotogr·fico da revista Contigo!, para o especial do Dia dos Namorados 2011.
Или же чередования работы…

Это идеал, но это не всегда возможно. Я не всегда делаю то, что хотелось бы, потому что связан контрактом. Иногда необходимо уступить, например, отложить собственный проект, чтобы сняться в новелле. Однако, даже для тех, у кого есть контракт, эта профессия не дает уверенности. У нас, актеров, нет должности. Но мне это нравится! В настоящее время я мальчишка. Я всегда изобретаю что-то новое. Я собираюсь так и умереть… Слава Богу! Если наступит день, когда я перестану изобретать, то значит, я точно постарел. Или стал совсем дряхлым.

Бразилиада, Наталья по материалам газеты «Folha de Rondоnia», сентябрь 2003 г.

Похожие статьи

Палома Бернарди: — «Моя главная роль ещё впереди!»

Наташа

Энри Кастелли — «Парень из среднего класса»

Наташа

Эмма Раббе в сериале «Молодая вдова»

Таня

Оставьте свой комментарий