Латинский Рай
Интервью

Даниэль Дантас — «звезда второстепенныйх ролей»

— Как вы стали актером?

Я начал играть в школе, потому что для пьесы потребовался мальчик. Я учился в школе, где еще за пару лет до этого учились одни девочки. Я был слегка подавлен, потому что их было большинство, и они были повсюду в свойственной им манере… Я начал играть в театре не из-за застенчивости, а чтобы быть поближе к девочкам.

— Выбор профессии был сложным?

Нет. Был момент, когда моя мать поняла, что мое дурачество – это то, чем я собираюсь заниматься, и она была против, она хотела для меня более стабильную профессию, и мы спорили. Это был знак, но у меня нет таких историй, вроде: «Когда я это увидел, я не знаю, как почувствовал, что я стану актером». Я не верю в такие истории.



— Из-за окружения, в котором вы выросли, были ли у вас какие-то предубеждения по поводу телевидения?

Когда меня позвали сниматься на телевидение, была группа людей в театре, которая считала, что телевидение – это кошмар. Но я никогда не сомневался. Никогда не верил, что у театра и кино есть какое-то превосходство над телевидением. Мне нужны были деньги, и они предложили мне контракт, деньги, чтобы я делал единственное, что я умею делать. Не было никакого предубеждения, которое могло бы побороть этот факт: мне платили.

— Вам не кажется, что все ваши герои немного лицемерны?

Нет. Некоторое время назад я играл очень спокойного героя, тогда все говорили: «Слушай, твои персонажи всегда такие спокойные». В следующей работе я играл человека смущенного, и слышал: «Слушай, твои персонажи всегда такие озадаченные». Но они не могут быть такими одновременно. Я могу воспринимать это только как комплимент, что я играю роль сбитого с толку персонажа так хорошо, как будто я делал это всегда. Я считаю, что для того, чтобы доказать, что ты можешь оставаться в этой профессии, не нужно все время менять прическу или отращивать бороду. Мое лицо это мое лицо. Одну очень умную вещь сказал Антониу Фагундес: изменения, которые делают персонаж интересным, — внутренние. Возьмем, например, Тома Круза, который играет кучу различных ролей: то он сидит в инвалидной коляске, то меняет прическу, но, на самом деле, суть от этого не меняется. Однажды кто-то споткнулся об инвалидную коляску, она поехала, и этот кто-то пошутил: «Вон поехала роль Тома Круза, Рожденного 4 июля». Это правда. Все его роли похожи, и меняется только лицо. И что с того?

— Вы сравниваете свои работы?

Я кое-что записываю, но не сравниваю всегда, потому что желание всегда быть другим, не повторяться – это дело прессы и актера. Однады мне нужно было сыграть в новелле в паре с той же актрисой, с которой я играл в предыдущей новелле (с Марией Падильей), и она спросила меня, как же люди поймут разницу. И я ответил: никак. Если автор напишет роль непохоже на другого автора, мы сыграем по-другому, если напишет так же, мы сыграем так же.

— Это проблема автора?

Не то, чтобы это была не моя проблема, но самое большее, что я могу сделать, это сделать хорошо то, что он от меня хочет. Не нужно лезть, не имея к этому таланта, в область авторов, потому что я не хочу повторять роль. Однажды я встретил Лоусадинью и он сказал мне: «Слушай, я играю падре, я сказал режиссеру, что уже сыграл 37 падре, что вряд ли 38-й будет отличаться от предыдущих». И ни у кого не будет отличаться, но иногда возможны некоторые нюансы, и основная часть этих нюансов идет от того, кто пишет роль. Актер должен делать работу. Если ему говорят, что надо изобразить стул, он должен изобразить стул, а не изобретать стул на двух ногах, потому что он не будет стоять.

— Вы все время играете, но играете второстепенные роли. Это вас не задевает?

Не вижу проблемы в том, чтобы сказать, что я играю второстепенные роли на телевидении. В 20-30 спектаклях, в которых я играл в театре, у меня всегда были главные роли. Могу сыграть второстепенную, третьестепенную. Я считаю, что это определение пришло к бразильцам от американцев. Люди говорят, что есть главный герой и неглавные. На самом деле это не так. Иногда, из-за физического типа, люди играют второстепенные роли. На телевидении необходимо иметь внешность красавца. Это не мой случай. Я не красавец, и я не делаю из этого проблемы. Между прочим, в общей массе роли красавчиков порядком скучны.

Наталья, сентябрь 2006 г.

Похожие статьи

Анжела Виейра: «Диктатура красоты — особенность Бразилии»

Admin911

Габриэла Дуарте: Я стала более оптимистичной

admin

This Simple Breakfast Swap Can Help You Lose Weight

admin

Оставьте свой комментарий